Ответ. Однажды согласившись между собою жить вместе, невозможно без какой-либо причины оставить братство. И если они не остаются при своем намерении, то бывают на сие две причины: или вред от общежития, или непостоянство мыслей в переменяющем свое намерение.

Отделяющийся от братии по причине вреда да не скрывает в себе этой причины, но пусть обличит вред, поступив, как предано Господом, сказавшим: «Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним», и прочее (Мф.18, 15). И если требуемое им будет исправлено, то приобрел он братии и не бесчестит общения с ними. А если видит, что они остаются во зле и не соглашаются на исправление, то объявив людям, которые способны рассудить подобное дело, тогда уже при свидетельстве многих оставит братство. Но оставит не братии, а чуждых, потому что Господь упорствующего во зле сравнивает с язычником и мытарем, ибо говорит о таковом человеке: «будет он тебе, как язычник и мытарь» (Мф.18, 17).

Если же по собственному легкомыслию отторгается от братского союза, да уврачует свою немощь, а не соглашающийся на это да не приемлется ни в одно братство. А если иной увлекается в другое место по Господней заповеди (см. Ин. 14, 31), то подобные люди не оставляют братства, но исполняют Божие о себе смотрение.

А всякой другой причины оставить братию здравый разум не одобряет, во-первых, потому, что сим бесчестится имя Господа нашего Иисуса Христа, совокупившее братию, а во-вторых, потому, что совесть каждого пред другим не может быть чиста, но друг у друга останутся они в подозрении, сие же явным образом противоречит заповеди Господа, сказавшего: «если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой» (Мф. 5, 23–24).